Топливный кризис и политика

Просмотров: 18 Оставить комментарий

Топливный кризис, разразившийся весной 2011 г. в той или иной мере коснулся всех, в том числе и жителей Сергача и Сергачского района.

Поэтому, на мой взгляд, разобраться в его причинах будет интересно всем.

Политики пытаются установить причины бензинового кризиса, который вдруг разразился в России. 5 мая вице-премьер Игорь Сечин, курирующий ТЭК, сказал, что причиной роста цен на нефтепродукты является дефицит топлива. На эти слова Премьер-министр Владимир Путин отреагировал: “Дело не в дефиците, дело в сговоре”.

В такой ситуации напрашивается вопрос: что же было на самом деле – дефицит или сговор?

Что было

ФАС после возникновения проблемы уже возбудила более 20 дел в отношении практически всех крупных нефтяных компаний по признакам нарушений антимонопольного законодательства. Разумеется, затем последуют решения о наложении на нефтяников гигантских штрафов, серия судебных процессов в различных арбитражных судах и т.д. Тем не менее, видимо, главное в этом кризисе не “сговоры” или сельскохозяйственные работы, а динамика цен на нефть, и, как следствие, на нефтепродукты на российском рынке.

Под давлением государственных чиновников нефтяники замораживают цены на топливо и даже немного их снижают. Эти меры оказываются временными, и через некоторое время (в апреле) все возвращается к прежней ситуации.

О пошлинах

Кроме уговоров и угроз правительство включает экономические рычаги, т.к. для компенсации убытков от уступок государству нефтяники увеличили экспорт бензинов (в 2011 году по апрель экспорт вырос на 67%).

На такую реакцию правительство увеличивает экспортную пошлину на бензин на 44%. С 1 мая она увеличилась до $408,3 за тонну, тогда как ранее было запланировано повышение до $304.

В конце апреля  для наполнения внутреннего рынка нефтепродуктами достигнута договоренность об ограничении экспорта автобензинов в мае.

Минэнерго предложило снизить предельную пошлину на нефть с 65 до 60% от цены нефти, а на нефтепродукты – унифицировать на уровне 66% от нефтяной пошлины. Обсуждались и другие варианты. Суть в том, что все это – механизмы ограничения экспорта нефтепродуктов.
  
Логика здесь такова: если бензин будут меньше вывозить за рубеж, то его больше попадет на внутренний рынок, а это будет сдерживать рост цен на него.

С одной стороны такие шаги для России это благо, но есть в этом и «ложка дегтя» – качество наших бензинов ниже, чем за рубежом и без конкуренции оно повышаться не будет.
Бытует мнение, что можно еще увеличить экспортную пошлину на сырую нефть, что должно стимулировать нефтепереработку.

Недавно министр экономического развития Эльвира Набиуллина заявила: “В последнем варианте прогноза мы увеличили цену на нефть на $24, а прогноз по росту ВВП не изменился”. При этом снижение нефтяных цен на 20-30% ведет к сокращению роста ВВП в два раза.
  
Напрашивается вопрос: как это так – рост цены нефти не влияет на рост ВВП, а падение – влияет?

Такая ситуация (а это, видимо, следствие коррупции) говорит о том, что только повышение пошлин на сырую нефть поможет выровнять ситуацию.

В пользу такого решения говорит и ситуация в российской нефтепереработке, развитие которой решение о запрете экспорта бензина не стимулирует к развитию.

В частности, Евсей Гурвич утверждает: “С экономической точки зрения переработка нефти в ее нынешнем состоянии приносит стране значительные убытки. … Если бы правительство не использовало налоговых субсидий, то отрасль стояла бы перед выбором: отказаться от нефтепереработки либо повысить ее производительность”.
  
Это говорит о том, что ТЭК не научился диверсифицировать свое производство.

Кому выгоден кризис?

5 мая В.Путин сказал о “сговоре”. Так кого он имел в виду?
Говоря об этом Путин обращался к Сечину, который, вероятно, понимал о ком речь.

А Сечин говорил о дефиците бензина, который начался на Алтае, куда около половины бензина поставляют государственные компании “Роснефть” и “Газпромнефть”.

Сечин являлся председателем совета директоров “Роснефти” и контролировал ее деятельность.

Советником президента “Роснефти” был сын директора ФСБ Николая Патрушева. Не мало там (как и в других нефтяных компаниях) работает и других выходцев из ФСБ (контрразведки), которые должны были на ранней стадии раскрыть любой сговор.

Таким образом, если Путин утверждал, что сговор и был, то заговорщиками являются не только нефтяники…

Можно предположить, что В.Путин показывает, что и бензиновый кризис, и выход из него – это процесс, который управляется именно им.

Можно расценить эту ситуацию и иначе. Это результат политики Президента, который вывел правительственных чиновников из советов директоров госкомпаний, в первую очередь –  лично Игоря Сечина, как одного из основных доверенных лиц Путина.

В последнем случае Медведев может рассуждать так: если земля горит под ногами Сечина, пожар распространяется и на Путина. Другими словами, бензиновый кризис должен подорвать позиции Путина.

В итоге, Игорь Сечин, фактически возглавлявший “Роснефть”, является основным виновником кризиса.

При таком раскладе бензиновый кризис играет против Путина.  Отстранив Сечина от «Роснефти», Медведев, фактически, отстранил Путина от возможности регулирования рынка нефтепродуктов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *