Относительно села Развилье, которое раньше с завидным постоянством писали Розвилье, существуют две версии. Профессор Морохин, не выезжая, видимо, на место, пишет, что село расположено у раздвоения дороги, тогда как на самом деле оно находится на краю леса; автобус Бор — Развилье, доехав до конечного пункта, делает поворот на Филипповское и Шпалозавод. Борский же краевед Молоков разобрался, что на самом деле это возникшее в XVII веке раскольничье поселение получило свое название по приметной развилистой сосне, в старину росшей на берегу реки Поржмы.

Деревня Лихачи, что в Семеновском районе, берет свое начало от основателя Лихача, имя которого обозначает «удалец, ловкач». Это имя встречается еще в летописи XIII века. Имя Лихач происходит от корня «лихой» (в диалектах не только «отважный», но еще и «безумный»). Далее оно родственно слову «лишний» — язычники наивно верили, что если они заявят во всеуслышание, что данный ребёнок в семье лишний, что он не нужен, то нечисть из вредности оставит его в покое и даст ему вырасти.

Полной параллелью славянской кличке Лихач является немецкая фамилия Tollkuhn («дерзкий до безумия, лихой»), к которой возводится имя великого английского писателя-мифографа XX века Толкиена.

Источник: Нижегородский рабочий, № 29 от 02.03.2010

Сергачские, Арзамасские и Починковские земли в XVII—XVIII веках пережили колоссальную экологическую катастрофу. Были времена, когда на юге области леса было не меньше, чем на заволжском севере. Однако эти богатства значительно поистребили, когда правительство решило производить и экспортировать такую, мало кому известную в настоящие времена штуку, как поташ. Долгих два столетия российские леса переводили в золу в угоду англичанам, голландцам и немцам. Напоминанием о том, что некогда наши предки занимались поташным промыслом, на Нижегородчине осталось немало деревень с «говорящими» названиями. Так что же представляло собой местное поташное производство.