Сергач: что надо!

Приход села Лопатина Сергачского yездa Нижегородской Епархии

История села Лопатина

В пятивёрстном расстоянии от почтового тракта из Сергача в Лукоянов, при Щербаковском озере и незначительной речке Ореховке лежит село Лопатино, окруженное деревнями с юго-запада Лопатинским Выселком Онучино, с северо-востока Лопалтинским Починком и с севера Еропкиным, которое вместе с Лопатиным составляют приход Николаевской церкви села Лопатина.
Существующее село Лопатино получило свое название по преемству от того селения, которое стояло на этом месте до половины 18 века. История основания настоящего Лопатина неразрывно связана с прежним Лопатиным, в котором тоже был храм и приход состоял, кромe села, из деревень Орловки, Нестеровки и Починка. Расположение прежнего Лопатина с приходскими своими деревнями с точностью никто не помнит, но предполагают, что настоящее Лопатино поставлено на месте прежнего. Орловка стояла по правую сторону от большой дороги из Сергача к Лукоянову на расстоянии версты от настоящего Лопатина к скверу, Нестеровка – к югу на две версты на месте нынешней “Солдатовой земли”, Починки – близ нынешнего Онучина. Местности, где стояли эти деревни и до ныне называются именами тех деревень.
Об исчезновении старого Лопатина и приходских к нему деревень рассказывают следующее: Лопатино вместе с приходскими деревнями до половины прошлого столетия принадлежало той самой помещице девице Ромодановской, которой принадлежало и с. Ветошкино с деревнями. После известного убийства Ветошанами управляющего г-жи Ромодановской и угроз подвергнуть той же участи и саму Ромодановскую (см. “Село Ветошкино“ Ниж. Епарх. Ведом. 1890 г. № 11, ,стр. 471). Ромодановская от страха и гнева продала всех своих крестьян казне, на Оренбургcкие чугунно-литейные заводы. “И собрались, говорит предание, Лопатинцы. Орловцы, Нестеровцы и Починковцы все на ropе Нестеровой с детьми, скотом и домашним скарбом, где вопль и плач смешался с ревом и блеянием скота. Дома “стались пустыми, опустел и храм, ибо прихожане по дороге в дальний край при последнем посещении своего родного храма захватывали из святынь его в свои дорожные сумы кто что мог, так что, несмотря на прещение священника, не оставили в нем ничего. На дороге уже за Ореховкой священник догнав удаляющихся бывших своих прихожан упросил их отдать что-нибудь церковного, и те отдали ему только одни сосуды”.
Оставшиеся пустопорожние Лопатинские земли по некотором времени приобрели покупкою у г-жи Ромодановской три лица: Обрезков, Ермолов и Остафьев по равной части вместе с усадебными и жилыми постройками, а крестьян для заселения их покупали в разных местах, которых и водворяли по мере npиобретения каждый в своей части на месте старого Лопатина. Таким образом и возникло существующее Лопатино.
Дальнейшая судьба Лопатинских земель и крестьян следующая. Bcкopе после того, как владельцам удалось устроить правильное хозяйство на новоприобретенных землях Обрезков женился на дочери Ермолова и в приданое за нее получил принадлежавшие Ермолову Лопатинские земли и крестьян. Таким образом Обрезкову стало принадлежать две части Лопатина и одна – Остафьеву. В 1788 году Лопатиным владели двумя частями Штабс-Капитанша Анна Феодоровна Обрезкова, (дочь Ермолова) и одной частью Прапорщик Андрей Петрович Остафьев. По смерти А. Ф-ны ее наследовал во владение сын ее Генерал-Аншеф Александр Васильевич Обрезков. Ему в свою очередь наследовал сын его Петр, который в 1842 году продал свои Лопатинские земли и крестьян Екатерине Петровне Толстой — дочери Секунд-Майора Петра Андреевича Остафьева. Таким образом Лопатино сделалось владением одной помещицы. В 1845 году Екатерина Петровна отдала Лопатинские земли и крестьян в приданое за дочерью своей Александрой Павловной при выходе ее за князя Ивана Михайловича Вадбольского, который, в свою очередь, земли (а крестьяне тогда уже вышли из крепостной зависимости) отдал за дочерью своей за Балкашина, а Балкашин продал их Княгининскому купцу Караванову, который и владеет ими по настоящее время. В год освобождения крестьян из крепостной зависимости владелица с. Лопатина княгиня
А. П. Вадбольская уступила крестьянам в надел лучшие земельные угодья по выбору самих крестьян.

Приходская деревня Еропкино при речке Иваше расположена в два порядка, из которых один — Кушниковский принадлежал прежде роду Волтиных, а потом перешел в род Куншиковых; другой — Григоровский с 1788 года принадлежал Алексею и Елене Яковлевичам Скрипицыным, а в 20-х годах продан Генералу Петру Богдановичу Григорову, в роде которого и оставался до освобождения крестьян.
Лопатинский Починок в начале нынешнего столетия принадлежал четверым братьям-помещикам Петру, Гаврилу, Алексею и Михаилу Алексеевичам Кошкаровыи, но Петр скупил у братьев их доли и передал в безраздельное владение Лопатинский Починок своему незаконному сыну Мемнону Петровичу Щербакову. Теперь владеет им В. П. Кикина.
Лопатинекий Выселок-Онучино возник в 1846 году по следующему случаю: князь Иван Михайлович Вадбольский, получив в приданое от Екатерины Петровны Толстой за дочерью ее Александрой Павловной, кроме Лопатина, еще имение Онучино Ардатовского уезда, продал его некоему Тюре, а бедняков-бобылей переселил в Лопатинекий Выселок-Онучино, куда одновременно были переселены из с. Лопатина крестьяне с “Поповского порядка” для очистки усадебной церковной земли от поселения крестьян под усадьбы и дома причта.

О храме села Лопатина

Новопоселенцы с. Лопатина воспользовались на время и оставленным прежними Лопатинцами запустелым храмом, который и служил им местом богослужебных молитвенных собраний до 1795 года. Кем и когда тот храм был выстроен — документов об этом при церкви не сохранилось, но что храм существовал и до 1795 года видно из копии межевой книги и плана генерального межевания 1788 года на писцовую землю “церкви Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского, что в селе Лопатине”. Сгорел ли, или сломан за ветхостью тот храм — неизвестно, но стоял он левее сажени на четыре от храма построенного в 1795 году. Теперь на месте его Престола лежат 4 огромных камня.
С благословения Beниамина II Епископа Нижегородского и Алатырского в 1795 году построен в селе Лопатине новый деревянный однопрестольный храм помещиками-владельцами Лопатина Генерал-Аншефом Александром Васильевичем Обрезковым и Полковником Петром Андреевичем Остафьевым, и тогда же освящен в прежнее наименование Святителя и Чудотворца Николая Мирликиского.
Мерою храм: алтарь длиной – 6 1/2 арш., шириной – 9 арш., (настоящая) — квадратный шестерик — 12 арш., трапеза – длиной 10 арш., шириной 9 арш. Колокольни до 1825 года не было, колокола числом четыре висели на столбах. В 1825 году помещики Петр Александрович Обрезков и Петр Андреевич Остафьев обили церковь тесом, перекрыли кровлю на ней и выстроили колокольню вышиной 2 в 18 аршин. В 1840 году храм подвергся действию удара молнии: крышу с главы и купола сорвало, молния ударила в напрестольный крест, который лежал на аналое среди церкви. Дело было после вечерни накануне праздника усекновения главы честного и славного Пророка и Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, когда многим говельщиками читались молитвы пред исповедью. Прошедши по длине креста молния устремилась на правый клирос, задела стоявшего в то время на правом клиросе одного набожного Еропкинского старичка, но, не причинив ему вреда, пробила стекла и исчезла. Крест, в который ударила молния, в этот день лишь привезен был с Нижегородской Макарьевской ярмарки вместе с потиром. По этому случаю много раз наезжала светская и духовная команда в Лопатино. Крест даже весили, чтобы узнать, сколько от него убыло после удара молнии.
В 1846 году храм вновь обит тесом, а главы и купола, как на церкви, так и на колокольне вместо тесу обиты листовым железом и выкрашены на средства помещицы княгини А. П. Вадбольской. В 1859 году владелец Лопатинского Починка штабс-капитан М. П. Щербаков, с благословения Преосвященнейшего Антония, обратил храм в теплый, для чего внутри храма ниже купола устроен был потолок, стены обиты кошмами и выштукатурены и устроено три печи: в алтаре одна и две в трапезе. Тогда же Арзамасские резчики вырезали и вызолотили иконостас (а до сего времени иконостас был простой работы). Иконостас сделан в один ярус, выше его маленькие круглые образа, на коих изображены двунадесятые праздники. Кроме икон на северной и южной дверях, всего в иконостасе четыре иконы: на право – икона Спасителя — изображает хождение Его по водам во время бури по морю Тивериадскому, на лево – икона Божьей Матери — трех радостей; против правого клироса – икона храмового святого – Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского, против левого — икона изображает лики святых: Преподобного Мемнона и мучениц Александры и Екатерины. В иконостасе иконы в сребропозлаченных ризах за стеклами, устроенных заботами и иждивением того же Щербакова. Им же куплен на собственные средства сребропозлаченный ковчег и большой колокол весом в 60 п. 5 ф. Bcе лучшие облачения напрестольное, священнические и диаконские — жертва М. П. Щербакова или жены его Екатерины Егоровны. К несчастью, в том же 1859 году во время подведения фундамента под церковь — она, по неопытности мастера, несколько покачнулась на правый южный бок. Мемнон Петрович предлагал было прихожанам построить новый храм, но те вместе со священником отклонили его предложение. Мемнон Петрович Щербаков —благотворитель и у краситель Лопатинского храма, религиозный и набожный при жизни, по смерти погребен при храме с. Лопатина.

С освобождением крестьян землевладельцы Лопатинского прихода оставили свои попечения о местном храме, а крестьяне дотоле во всем действовавшие по воле помещиков и не принимавшие поэтому никакого активного участия в судьбах храма по своему почину, и теперь с наступлением воли не скоро освоились со своим положением правовых членов прихода. Между тем храм, накренившийся еще в 1859 году, с каждым годом более и более грозил падением.

1 Июня 1881 года посетил село Лопатино Преосвященнейший Макарий, бывший Епископ Нижегородский и при обозрении храма усмотрел его опасное положение: он сильно покачнулся, двери и окна особенно в главной части перекосились, пол по местам провалился вследствие гнилости балок, половицы при проходе поднимались и тряслись. Владыка при всех прихожанах, собравшихся встретить его, объявил что он найдется вынужденным запечатать храм, если прихожане не позаботятся о перестройке его или постройке нового.
Это властное святительское прещение застигло Лопатинских прихожан при священнике Михаиле Троицком, который за четыре месяца пред сим был рукоположен к их церкви.
Как ни трудно было положение О. Михаила при всесторонней новости дела, но он со всей молодой энергией принялся за обсуждение с лучшими из прихожан вопроса о храме, предложенного Владыкой.
После неоднократных и долгих рассуждений, прихожане 13 Августа 1881 года составили четыре приговора:
первый о том, что за невозможностью поправить настоящий ветхий храм прихожане желают строить новый каменный;
второй – о том, что прихожане, без всякого ограничения прав, уполномочивают по постройке храма крестьян с. Лопатина: Ивана Панкратова, Ивана Солдатова и Андрея Тимофеева;
третий о том, что прихожане обязуются представлять денег на постройку храма столько, сколько потребуют ими уполномоченные, а на первый раз на начало дела по рублю с ревизской души;
и четвертый о том, что прихожане обязуются представлять бесплатно на подвозку всех материалов при постройке подводы.
Составив приговоры, прихожане в конце каждого из них написали, что они, прихожане, обязуются соблюдать и исполнять сии приговоры свято и нерушимо.
31 Августа 1881 года приходской священник с уполномоченным Панкратовым и местным благочинным, по двукратной проверке приговоров, представили их при прошении о дозволении начать дело постройки храма Преосвященнейшему Макарию, на что и получили сначала словесное разрешение Владыки, а потом и указное от 21 Сентября 1881 года.
Написать проект на постройку каменного храма и оформить его пред Строительным Отделением взялся за 250 рублей архитектор Нейман с обязательством выполнить дело к 15 Декабря 1881 года. 10 Октября Нейман осмотрел на месте грунт под основание храма и показал прихожанам составленный им вчерне план для храма, заслуживший одобрение прихожан. И хотя, потом, Нейман и не выполнил к сроку принятого им на себя дела, но уполномоченные, имея в виду обязательство Неймана и надеясь на его выполнение, чтобы не упустить удобное время для найма опытного мастера, с согласия прихожан 4 Февраля 1882 года заподозрили подрядчика Якова Васильева Воинова бить кирпич и класть сам храм. С наступлением весны они выстроили три кирпичных сарая, рабочую избу и калильную яму вместимостью до 20 тысяч кирпичей. В лето 1882 года Воиновым набито было кирпича до 200,000. Но на этом дело и остановилось: архитектор Нейман, не выполнив обязательства, уехал на службу в город Полтаву. Прихожане, вследствие неурожая, подали благочинному заявление, что они не в силах выполнить третий приговор, а Еропкинцы отказались и от уплаты душевого рубля. Спрошенный Нейман уведомил из Полтавы приходского священника, что проект им написан и передан при отъезде в Полтаву со всеми правами и обязательствами г. Станкевичу, но Станкевич от себя заявил, что он не взял на себя ответственности за утверждение проекта. 12 Марта 1883 года подрядчик Воинов, видя замешательство постановки в деле, подал ко взысканию с уполномоченных неустойки в размере 200 рублей.
В таком неотрадном положении О. Михаил сообща с уполномоченными озаботился изысканием постоянного источника к продолжению и совершению начатого святого дела по созданию нового каменного храма и нашел его в сумме 700 рублей от возвышения аренды на арендуемый у Лопатинского общества заведения и 500 рублей единовременных от арендатора тех же заведений.
Лето 1884 года было обильно урожаем хлеба. По окончании страдного времени О. Михаил в продолжении 7 недель и в праздники и в будни в храме и на сходах убеждал прихожан заготовить на свободе камней для бута и извести с тем, чтобы весною 1885 года совершить закладку храма. 30 Октября прибыл в село Лопатино благочинный и на сходе в продолжении 9-ти часов убеждал прихожан не отступаться от святого дела. Но тут-то и сказалась вся рознь прихожан: одни говорили — надо строить каменный храм, другие – деревянный новый, третьи — исправить старый, четвертые — большинство заявляли, что и старый храм здоров, простоит еще 50 лет без поправки.
По доведении о сем до сведения епархиальной власти состоялся указ Нижегородской Духовн. Консистории от 5 Марта 1885 года “О приведении в исполнение закладки каменного храма”. Когда благочинный прибыл нарочито в Лопатино объявить прихожанам указ, то собравшиеся на сход не только не хотели слушать убеждений благочинного, но и знать указа.
После Пасхи О. благочинный лично донес о положении дела Преосвященнейшему, вследствие чего и состоялся указ из Духовной Консистории от 6 Июля 1835 года за «№ 4247, в котором изображено: “Приказали и Его Преосвященство утвердил: так как ветхость деревянного храма в селе Лопатине замечена еще в 1881 году и прихожане тогда же обязались вместо этого ветхого храма построить новый каменный, на что им и дано разрешeние и неоднократно выдавались сборные книги, но прихожане до сего времени, с помощью этих сборных денег сделали только то для нового храма, что заготовили несколько тысяч кирпича, а другого ничего не сделали и даже теперь вовсе отказываются от постройки нового каменного храма, то по сему в видах побуждения прихожан, а также в устранение могущих быть несчастий от разрушения церкви, запечатать оную, а Лопатинских прихожан на время причислить к Абаимовской церкви с тем, чтобы служение в оной производилось поочередно Лопатинским и Абаимовским причтом, о чем для объявления кому следует послать указ и сообщить”.
21 Июля по предписанию Сергачского Полицейского Управления пристав 2 стана в присутствии благочинного и приходского священника храм в с. Лопатино запечатал.
Запечатание церкви произошло в период от отъезда Преосвященн. Макария и до приезда Преосвященного Модеста. Как скоро прибыл на Нижегородскую кафедру Преосвященный Модест, та часть Лопатинских прихожан, которая на сходе 30 Октября 1884 года стояла за исправление старой церкви, избрала, без ведома и согласия священника и остальных прихожан, ходоков из своей партии и отправила их в Нижний с прошением к Владыке: дозволить, разрешить богослужение в храме на время, пока прихожане не соберутся со средствами исправить его (а о том, что прихожане обязались строить каменный храм четыре года тому назад, умолчали). Преосвященный Модест, чуждый предшествующей истории о Лопатинской церкви, снисходя к просьбе, дал резолюцию: “Благочинному на месте с причтом, старостою и старшими прихожанами осмотреть церковь: нельзя ли вставить ее на год для Богослужения, пока прихожане соберутся со средствами починить ее. Резолюция последовала 10 Августа.
Во время осмотра церкви по резолюции Преосвященного Модеста от 10 Августа четвертая партия чрез своих вожаков представила благочинному приговор о том, что их приходская церковь крепкая и не нуждается ни в каких поправках лет на 50. Решить этот вопрос Строительным Отделением был командирован архитектор Станкевич, который в присутствии уездного исправника, приходского священника и сельского старосты осмотрел храм внутри и снаружи 12 Октября 1885 года. В акте осмотра было сказано: “в храме, в настоящем его виде, нельзя совершать Богослужения, так как фундамент истрескался, связи вышли из своих мест; необходимо или капитально перестроить его, или строить весь новый храм”. В особой “пояснительной записке” архитектор Станкевич писал, что если существующий храм подставить и стянуть под руководством архитектора, то на время совершать в нем Богослужение еще будет можно”. 23 Декабря в Лопатине был получен указ — “под руководством и надзором архитектора Станкевича исправление церкви допустить с тем, чтобы после устроения согласно пояснительной записки представлено было от благочинного свидетельство о возможности совершать Богослужение и архитекторский акт”. Выслушав этот указ на сходе, прихожане заявили, что они не согласны на такое исправление, какое проектирует архитектор, потому что оно делается на время — это с одной стороны, а с другой — потому, что дело по исправлению церкви начато ходоками без доверия от целого общества прихожан.
После этого инцидента Лопатинцы, минуя епархиальную власть, наняли 28 Декабря 1885 г, мастера В. А. Морозова перестроить их церковь за 800 рублей в следующем виде: алтарь сломать и выстроить той же мерой новый на прежнем фундаменте; главную часть храма сломать до четверика и вновь надрубить в меру прежней высоты, но не шестериком, как было прежде, а четвериком, в ширину же разнести на два аршина; трапезу оставить нетронутой; колокольню сломать до четверика и вновь надрубить мерою против прежней выше на два аршина.
Среди такого положения дел, священник счел для себя за лучшее удалиться из прихода, где прихожане не хотят руководствоваться ни увещаниями и советами пастыря, ни убеждениями благочинного, ни, даже, указаниями высшей епархиальной власти.
2 Января 1886 года О. Михаил подал Преосвященейшему Модесту прошение о перемещении его в с. Столбищи. “Приходская моя церковь, – писал в прошении О. Михаил, – запечатана по распоряжению епархиального Начальства за ветхостью, а прихожане за раздорами и спорами и по настоящее время не могут придти ни к какому результату — что предпринять в отношении приходского храма: перестроить ли старый, или построить новый, отказавшись даже от поправки, разрешенной Вашим Преосвященнейством по “пояснительной записке” архитектора Станкевича. Со своей стороны я, как приходский пастырь, стремился всеми мерами о постановке дела о храме на надлежащую почву, и по моему убеждению прихожане в 1881 году устроили кирпичные сараи, рабочую избу, и набили до 200 тысяч кирпича с помощью сборных книжек, испрашиваемых мною от епархиального Начальства. Но это нисколько не подвинуло дела по церкви вперед. В настоящее время все меры и средства мои для побуждения прихожан истощились: я даже лишен возможности убеждать их с церковной кафедры, потому что прихожане мои в село Абаимово, куда причислены, не ходят к Богослужению по дальности (будто бы) расстояния. При таком положении парализуются и другие мои обязанности.
Преосвященный Модест на прошении положил следующую резолюцию: “Подвиг в построении храма – дело святое и весьма похвальное; перемещать опытного пастыря в такое время, когда один храм закрыт, а другой не строится опасно для веры и нравственности. Я прошу О. Михаила Троицкого устроить храм, и тогда он может быть перемещен. Духовная Консистория предпишет благочинному съездить на место, разузнать о причинах отказа прихожан, указать на следствие отказа и увещаний строить новый, или починить старый. А может быть в этом храме можно еще совершать Богослужение, пока прихожане соберутся со средствами, хоть до лета”.
В приезде благочинного в с. Лопатино, по указу, для исполнения резолюции 28 Января прихожане представили ему приговор о том, что они, отказавшись от разрешенной по “пояснительной записке” поправки церкви, желают перестроить ее так, как условились с мастером 28 Декабря 1885 года. Благочинный и священник со своей стороны рады были и тому, что прихожане, отказавшись строить новый храм и из камня и из дерева, отказавшись и исправить храм по “пояснительной записке” архитектора, наконец-то пришли к соглашению “перестроить храм по своему разумению”.
Предварительно представлению благочинным состоявшегося приговора Лопатинских прихожан об исправлении церкви Преосвященному,— О. Михаил счел за нужное рапортовать благочинному следующее: “Проект архитекторского на задуманную перестройку церкви нет: сомнительно, чтобы Строительное Отделение допустило подобную перестройку, ибо церковь против старого размера разносится и шире и выше, почему должна быть поставлена на разных фундаментах: разносы на новых, алтарь на истрескавшемся, а трапеза и колокольня на старых, простоявших уже не мало лет. “Трапезу не трогать”, но стены трапезы тоже покачнулись, сшить их нельзя, потому что надобно врубать в них новые разносы; окна перекосились и сгнили. Предположим, что не смотря на эти препятствия будет допущено задуманное переустройство, но
1) каждое деревянное здание садится: новые части сядут больше, чем старые — осевшие уже, вследствие чего или старая часть покачнется, потому что новая часть, спускаясь, потянет другую – старую, или образуются скважины в местах соединения нового со старым;
2) “колокольню надрубить выше”, а фундамент старый: устоит ли?! Далее: приговор составлен, “всем миром”; но 1) мир этот не обязался круговою порукою доставлять материалы, (которых нет пока ни одной щепки, а капиталы и материал, заготовленные для каменной церкви тратить на задуманную перестройку не следует, потому что, все-таки новая церковь в недалеком будущем надобна будет); 2) уполномоченных нет;
3) средств или источников не указано и
4) в подводах, конечно, произойдёт та же путаница, какая произошла при закладке каменного храма.
Понятно отсюда, чего следует ожидать не дождавшись решения на составленный приговор, только в уверенности на получение оного, Лопатинские прихожане 29 Февраля привезли из Сергача 157 бревен лесу и 500 пудов извести, а 16 Марта избрали и уполномочили по перестройке храма приходского священника и крестьян Крюкова и Солдатова.
31 Марта из Консистории получен указ за № 3305, коим разрешена перестройка по проекту прихожан, но с тем, чтобы на перестройку эту представлен был архитекторский план; причем ходатайство Священника о неуступке капиталов и материалов, назначенных на постройку каменной церкви уважено. Тем же указом сообщено об утверждении Преосвященным в звании строителей избранных лиц.
После этого первой заботой строителей было дело о написании проекта на перестройку храма. 22 Апреля архитектор Станкевич согласился написать и провести в утвердительном порядке проект за 250 рублей в непродолжительном, времени. И действительно, к 15 Июня проект был совсем уже готов и утверждён, а 31 Июля получен в Лопатине при указе. 3 Августа наняли мастера на перестройку за 1325 рублей, а другого – класть фундамент по 1 руб. 50 коп. за тысячу кирпича и 50 коп. за сажень бута.
12 Августа в 12 часу пришедшие мастера с рабочими начали ломать обшивку храма и каменные сараи, пожертвованные для фундамента Варварой Платоновной Кикиной, наследницей Щербакова.
15-го Августа происходило сожжение престола снятие колоколов и крестов с храма. В этот день после торжественной литургии, совершенной в Кошкаровском храме соборным благочинным Павлом Серебровским и священниками сел: Кошкарова — Нечаевым, Андросова — Соколовым и Лопатина – Троицким, отправился крестный ход в с. Лопатино, где и остановился перед святыми вратами храма. Здесь уже дожидался пришедший с крестным ходом, по совершении в своей приходской церкви литургии, села Абаимова священник Аркадий Владимирский. По совершении молебна и акафиста Святителю и Чудотворцу Николаю Мирликийскому, престол в срачице с жертвенником с пением канона Великой субботы отнесен был на приготовленную плотину на речку Ореховку и сожжен с пением псалма: „Небеса поведают славу Божию” и других. К 31 Августа расчищено было место для закладки храма, а 31, совершив соборно: благочинный Павел Серебровский и священники сел: Еделева – Красовский, Кошкарова – Нечаев, Абаимова – Владимирский и Лопатина – Троицкий литургию в Кошкаровской церкви, с крестным ходом пришли на место закладки храма, которую и совершили по чину, указанному в Требнике л. Петра Могилы.
При сожжении престола 15 Августа были произнесены речи священником Троицким и благочинным Серебровским. О. Троицкий изложил историю постройки, ремонтировки и украшения храма, назначенного к перестройке, и из изложенного сделал вывод в нравоучение своим прихожанам тот, что в настоящее время они не должны рассчитывать ни на чью постороннюю помощь, а должны заботиться сами о постройке, ремонтировать и благолепии храма, потому что они теперь не под властью их пестунов—помещиков, заботившихся о храме, но освобождены от крепостной зависимости; не рабы, а сыны государства. О. благочинный, после сожжения престола, сказал, что престол сожжен не для того, чтобы показать вам (прихожанам) совершенное уничтожение этой святыни, а для того, чтобы к этой святыне не касалась какая-либо скверна. При торжестве закладки храма 31 Августа О. Троицкий говорил, что церковь должна быть украшена всем тем, что есть драгоценного на сем свете, потому что она есть место особенного присутствия Божия и в ней приносится бескровная жертва. О. благочинным сказано было, что Церковь вообще, и в частности строящаяся церковь, подобна кораблю, на котором все находящиеся достигают благополучно безопасного пристанища – царствия небесного.
Церковь перестройкою окончена и освящена в то же наименование в 1887 году.
Особенных достопримечательностей и древностей в храме не было и нет. Древнейший документ 1788 года – план и межевая книга на писцовую Землю.

Особенности жителей села Лопатина

Прихожане села Лопатина все православные. Раскольников и сектантов нет. Они усердны к Богослужениям и любят молиться во время крестных ходов. Кроме крестных ходов, установленных Церковью 6 Января и 1 Августа, в Лопатине издревле установлен еще крестный ход в праздник Вознесения Господня кругом всего села, причем по четырем сторонам села служат молебны и первый всегда с малым водоосвящением, чтобы далее во время хода окроплять поля и хлеб по пути. 6 Января и 1 Августа крестный ход совершается на озеро Щербаковское, причем 1 Августа по освящении воды купают в нем лошадей. Устраиваются крестные ходы и по особым случаям, например, во время засухи. Тогда ходят на поля и на колодцы и проч. Со святыми иконами все дома прихожан обходятся три раза в год: в св. Пасху, пред 9 Мая и 6 Декабря, причем в д. Еропкино многие просят служить молебны с акафистом и водосвятьем. Из святых, кроме храмового Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского, особенно чтут священномученика Харалампия 10 Февраля. В этот день прихожане собираются в церковь все. Долг исповеди и св. Причастия не исполняют только те, которые уходят до начала Великого поста на Волгу и Дон в судовую работу, но уходят ли, приходят ли с заработков всегда служат молебны и большей частью с водосвятьем или Божьей Матери, или свв. Харлампию, Власию, Флору и Лавру, а более Святителю Николаю и редко другим святым. Молитва за усопших между прихожанами развита мало: за проскомидию поминают умерших не многие, сорокоустов вовсе не служат. Веруя в простоте сердца, прихожанам села Лопатина не чужды суеверия и двоеверия. Например, верят, что съев девятичастную просфору – от лихорадки исцеляются, а съев из девяти церквей девять девятичастных просфор – от пьянства отстают, верят в ворожбу и силу опахивания села во время скотского падежа и проч.

Лопатинцы — все великороссляно, но с заметным отенком в говоре от крестьян окружных сел. Занятие Лопатиецев – земледелие и мелочная торговля; нет между ними никого, кто бы знал какое либо ремесло, вроде плотничного, кузнечного и проч. Лопатинцы владеют высшим душевым наделом земли, и земля у них самая плодородная — черноземная. Но далее обработки своего душевого надела они не идут. Безпечвость Лопатинцев разительна в этом случае: за 6 верст Абаимовские, за 12 Уткинские и Кашкаровские крестьяне у землевладельца Караванова все имения обрабатывают, а Лопатинские у себя дома не желают воспользоваться всеми выгодами этой обработки, да и в обработке своего душевого надела нередко прибегают к помочам. В Лопатине издавна существует рынок на площади кругом храма, на который по пятницам съезжается народ для торговли, а в 9-ю пятницу по Пасхе бывает ярмарка.
Жители д. Еропкина, хотя и не занимаются особыми ремеслами и торговлей, кроме земледелия, но живут зажиточнее Лопатинцев. За недостатком своей земли многие арендуют у татар мурзинские земли в д. Грибановой в полутора верст расстояния от своей деревни, а также арендуют имение наследницы Щербакова.
Онучинцы тоже, хотя другими никакими ремеслами не занимаются, кроме земледелия, но живут в достатке, блогодаря приволью пастбищ, на которых пасут много скота.
Починковцы тоже земледельцы, довольством не хвалятся, но известны своим крутым характером.
Причт при Лопатинской церкви до реформы 16 Апреля 1869 года состоял из священника, диакона, дьячка и пономаря. По реформе 1869 года положено быть священнику и псаломщику, а с 1885 года восстановлено место дьякона. Священствовали в Лопатине преемственно следующие: с 1788 по 1805 г. – Василий Яковлев; с 1805 по 1842 г. – Алексей Феодорович Цветаев, который у прихожан пользовался любовью. В храме есть пять икон с надписью: “писана на средства священника Алексея Феодорова Цветаева”. Евангелие, читаемое в Страстную пятницу, читаются по тетради, подаренной ему из Лысковского Вознесенского собора. С 1842 по 1850 г. был священником Иоанн Сергеевич Лебедев; с 1850 по 1880 г. Михаил Васильевич Никольский – по жизни образцовый пастырь. У прихожан приобрел славу строгого и требовательного. С 1881 г. Михаил Васильевич Троицкий — устроитель храма и составитель летописи.

Средства содержания причта:

1) земля в количестве 38 десятин,

2) денежная плата за требоисправления и

3) хлебные сборы.

Кроме того причт получает % со вкладного капитала на поминовение в 300 рублей.

Дома у членов причта собственные, а не общественные, от постройки которых прихожане отказываются по неимению средств.
Школа в селе Лопатине открыта 19 Февраля 1885 года священником Михаилом Троицким. Учителем в ней состоит псаломщик Николай Тумановский, а законоучителем сам О. Михаил Троицкий. Помещается школа в нежилом доме купца Караванова, на счет которого, как утвержденного Enapxиальным Начальством в звании попечителя школы, и отапливается она и ремонтируется.
До открытия официальной школы с 60-х годов обучение желающих производили члены причта у себя на дому каждый от 4 до 5 лиц.
Кладбище до 1795 года находилось при церкви, на расстоянии 10 сажен от настоящих домов причта и крестьянских строений и занимало квадратную площадь в 1404 кв. саж., как значится по плану и межевой книге на дачу села Лопатина. После это кладбище отошло частью под церковь, а частью под базарную площадь. Теперешнее кладбище находится на лево от дороги по направлению от храма в село Еделево. Оно заключает в себя площадь, окопанную канавой, в 2224 кв.-саж.
От Лопатина на юго-восток в 2-х верстах находится татарская деревня Пица, а от д. Еропкина в 1 1/2 в. к северу – дер. Грибаново. Жители татары-могометане. Наклонности к переходу в христианство не проявляют, хотя с русскими и знакомятся, а в праздники взаимно друг-друга навещают и угощаются.

Сообщ. Апполлон Можаровшй.

Источник: Нижегородские епархиальные ведомости № 22 от 15 Ноября 1891 года и № 23 от 1 Декабря 1891 года

Exit mobile version