Из прошлого Сергача. Вид на Владимирский Собор.О Сергаче 

И.А. Цыганов «Из прошлого Сергача и его райо­на»

[Продолжение. Начало [Иван Архи­пович Цыганов] Один из первых краеведов.]

P.S. «Предлагаю сергачанам статью И.А. Цыганова «Из прошлого Сергача и его райо­на» в редакции А.Л. Ященко – старшего».

[Сергач в давние времена]

«Сергачский старожил Иван Архипович Цыганов дал мне интересные сведения о прошлом нашего города, которые он почер­пнул из разных источников, когда служил в Земстве … Вот его беседа.
«Сергач лежит на перекрестке дорог в Васильсурск, Ардатов, Лукоянов. Дорога на Василь, Княгинино, Лукоянов была обсаже­на в 4 ряда березами по Указу графа Арак­чеева. Лет 140 назад, как я знаю по расска­зам моих предков, и видел в земельных планах 1780-1805 годов, – городская площадь была сравнительно небольшой, и кру­гом был крупный лес, главным образом ду­бовый, особенно по пойме реки Пьяны от самого Сергача до русла реки. Лес тянулся по всему течению вверх до устья реки Суры непрерывной площадью. Бассейн реки Пьяны был низменным и болотистым, что мешал сообщению с правым берегом, свободным только в суровую зиму.
На правом берегу Пьяны, против Сергача и сейчас стоит с. Пожарки, бывший лагерь князя Пожарского, а затем его вотчина. От­сюда в 1611 г. он был призван Мининым в Нижегородскую дружину для освобождения Москвы от поляков (Эти сведения недосто­верны. Князю Д.М. Пожарскому были выделены земли в Нижегородской губернии уже после изгнания поляков. Село Пожарки не входило в перечень этих сел, а название происходит в связи с частыми пожарами, бывавшими здесь, когда соломенное село выгорало почти дотла – В.Б.). Остальные селения правого берега от поворота Пьяны на Север в количестве более ста деревень были татарские. Много древнее в этих мес­тах жили булгары и мордва (эрзя), но какие из этих народов были могущественнее, точ­ных сведений я не достал.
Из рукописных древних описаний, прочитан­ных мною у бывшего помещика Подгурского, у меня осталось в памяти, что мордовское на­селение, живущее по берегам Суры, теснилось с юго-востока вдоль реки Волги татарами, ста­ло отходить на Север по глухим лесным деб­рям; между ними и встречными племенами, даже мордовскими, происходили кровавые схватки, как и с татарами, надвигавшимися на них отдельными станами.
Окончательный порядок расселения пле­мен установлен при князе Пожарском (на­верное, это положение тоже сомнительно. Что скажут историки? – В.Б.), и боровшиеся между собой национальности осели в тех селениях, где живут ныне их потомки.

Из прошлого Сергача. Вид с колокольни Владимирского Собора
Вид на центр Сергача с колокольни Собора Владимирской иконы Божьей Матери

При научных раскопках могильников в районе Сергача в 1870-1875 годах были най­дены серебряные наручники, головные зо­лотые обручи, бусы и другие украшения; из посуды – глиняные горшки и вазы. Заведу­ющие раскопками объяснили нам, что люди эти жили более 700 лет назад, и некоторые принадлежали к княжескому роду и к ино­родческому племени.
Раскопки в 3,5 верстах от Сергача дали же­лезные секиры, мечи, золотые кольца, голов­ные обручи и нагрудные украшения, что указы­вало тоже на княжескую могилу лет за 1300 (? – В.Б.) до нашего времени. Более древних мо­гил поблизости не найдено. Вещи из могильни­ков, как нам сказали, направлены в музеи. Из помянутых мною выше рукописей было видно, что набеги на припьянские селения доходили до Пьянского Перевоза и самого Н. Новгорода. Кто были налетчики, кроме татар, в рукописи не указано. Были ли они кочевниками, воин­ственными племенами или только делали на­беги из своих селений с целью грабежа – в рукописях тоже не указано.
В тех случаях, когда набеги производились татарами на появив­шиеся здесь русские поселения, Нижегородс­кое наместничество посылало в помощь для отпора свои дружины. Границей, где татары были остановлены, являлись селения Камкино и Урга. Главным виновником задержания набегов был все тот же князь Пожарский (? – В.Б.).
Дорога из Ардатова в Сергач и далее в Княгинино, Лысково и город Макарьев служи­ла прямым путем движения товаров, глав­ным образом хлеба и скота. Вследствие час­тых грабежей здесь были устроены военные кордоны. Эти охраны просуществовали до со­роковых годов. За окончательное усмирение Московское правительство князьям и дворя­нам роздало местные земли, особенно при Екатерине II. Новые владельцы колонизиро­вали свои земли крестьянами и поработили местное население.
По данным 1864 г. в Сергачском уезде та­ких владельцев было более 400. Уже после наделения крестьян землей, по выходе из крепостной зависимости, у дворян было 188513,8 десятин, у купцов 6291, казенной 4681, удельной 19035 и церковной 3218 де­сятин. У крестьян же всего уезда в количе­стве 177 селений было 96526,9 десятин.

[Сергачане – промыслы]

При усмирении края на месте, где стоит Сер­гач, был основан Казенный поташный хутор, подведомственный Сибирской государствен­ной конторе с охраной 200 человек. Для опла­ты недоимок по государственным подушным податям люди посылались в эти места для заработка. Сюда присылались бежавшие от помещиков, сюда же присылались в ссылку за совершение, проступка и попадали под над­зор военной охраны хутора. Все это увеличивало население и создало поселки Ключево, Толбу, Кузьминку, Богородское, Кладбище.
Люди, работая на хуторе и не желавшие вернуться на родину, зачислялись госу­дарственными крестьянами, работая на казну.
В 1674 г. согласно Грамоте хутор Сергач был переименован в с. Сергиевс­кое, а в 1779 г. передан в Нижегородское наместничество в ведения Н. Новгорода.
В 1798 г. селение Сергачское согласно Указу утверждено городом с присвоени­ем герба «Медведь».
По прекращению работ поташного хутора население главным образом занималось хлебопашеством, которое мало его обес­печивало, да и земли были мало плодород­ны по песчаности и глинистости почв. Лес давал строительный материал и топливо.
Однако лес не только вырубался, но и выжигался целыми участками под пахотную землю. Развился своеобразный охот­ничий промысел: вождение медведей с во­рожбой по городам и даже за границу. С каждым медведем уходило четверо и больше человек: хозяин-распорядитель, два поводильщика и один кобзарь – маль­чик, а иногда один музыкант с барабаном.
Медведей в городе было 150, кроме мед­вежат. Этот промысел продолжался более 200 лет до издания запретного закона об уничтожении медведей в 1866-1867 гг.
Занимались жители и изготовлением кир­пича, выделкой конной сбруи для местных нужд, так как сбыт в окружные малые се­ления был мал. Жители плотничали, кла­ли печи, пилили лес и доски, но лучшие мастера уходили на работу в другие горо­да, на Волгу, шахтерами в Донбасс.

[Становление Сергача]

Постройки Сергача до утверждения его городом и до 1836 г. были преимуществен­но деревянные, крытые больше соломой. Построены одной улицей, к бугру, вдоль реки Сергачки. После летнего пожара, унич­тожившего в 1828 г. всю линию постройки, новое строительство уже воздвигалось по утвержденному городскому плану. Вследствие такого положения многие жи­тели переселялись с гористой территории на крестьянские слободы. Число городс­ких жителей не убывало, а прибывало от приписанных к городу новых пришельцев, особенно в 1861 году от вольноотпущен­ных дворовых людей. Городские же крес­тьяне с 1865 г., получив свои наделы, ста­ли выселяться на вновь отведенные сло­боды – Зайчиху, Кучино, Ивановскую, про­давая свои дома приезжим.
Передавая эти сведения, я выражаю на­дежду, что И.А. Цыганов, дополнит эти дан­ные, так как его рукопись имеет все при­знаки не завершения.
Интересно добавить к сказанному… объяснение тов. Пахомовым в октябре №9 «Коллективного труда» (к сожалению, не указан год – В.Б.) происхождение наиме­нования села Кладбищи похоронением жертв чумы; объяснение фамилий неко­торых Сергачских жителей; упоминание смологонного и дегтярного производства. Надо надеяться, что районная газета по­лучит на имя «Старого краеведа» от дру­гих старожителей города и района сведения, которые бы осветили прошлую исто­рию города и района. История нуждается во всяких мелочах, лишь бы о ней было правдиво рассказано».

Записи по теме