Об игумене Никоне ВоробьевеПравославие 

Игумен Никон Воробьев – святой наших дней?

Игумен Никон Воробьев. Это имя я услышал от почитаемого мной богослова Алексея Ильича Осипова. Поразил меня этот человек всей своей жизнью…
Алексей Ильич лично знал Отца Никона. Он свидетельствует о святости Никона… Именно батюшка Никон благословил Осипова на учебу в Духовной Академии, он подготовил его к поступлению в это учебное заведение…

Николай Воробьев – детство, юность

Родился Никон Воробьев (мирское имя: Воробьев Николай Николаевич) – в 1894-м году в селе Микшино Тверской губернии в крестьянской семье.

Когда Николай подрос отец устроил его в реальное училище в Вышнем Волочке.
Учеба ему давалась сравнительно легко. Он хорошо разбирался в математике, черчении, рисовании, пении, танцевал, играл на альте…

В поисках смысла жизни стал изучать философию, и преуспел в этой науке. Однако вскоре понял, что философия не дает точных ответов на насущные вопросы: в чём состоит призвание человека, для чего он живёт, что его ожидает за смертной чертой?

Разочаровавшись в философии, Николай поступил в Петроградский Психо-Неврологический институт в 1914 году.

Спустя год, он пришёл к ещё большему разочарованию и оставил учёбу. Его душевный кризис в это время достиг такой глубины, что он даже подумывал о суициде.

И именно в этот период по молитвам Николая Господь открылся ему, и в его душе произошёл настоящий нравственный перелом. Его больше не интересовали мирские увлечения. Тогда он предался молитвенному деланию, внимательному, вдумчивому чтению Евангелия и произведений святых отцов.

В 1917 году Николай поступил в Московскую духовную академию. Но в связи с революционными событиями и последующими политическими изменениями в стране обучение в академии пришлось прервать.

Некоторое время он преподавал математику в школе. Затем Москве трудился псаломщиком в Борисоглебской церкви.

Никон Воробьев – монашеский подвиг

В 1931 году, в городе Минске, Николай принял монашеский постриг и новое имя – Никон.

В 1933 отец Никон был арестован, осужден и отправлен на перевоспитание в Сибирь. На свободу он вышел только в 1937 году и поселился в Вышнем Волочке, где работал прислугой в доме врача. Супруга врача и её сестра были атеистами. Отцу Никону приходилось с этим мириться. Однако образ праведной жизни Никона убедил сестёр принять веру во Христа.

Более того, одна из сестер – Елена Евфимовна, будучи врачом, постриглась в монашки с именем Серафима. Когда она умерла, в её гробу, под подушечкой, лежала монашеская мантия и четки.

В Великую Отечественную войну отец Никон приступил к священнослужению. В 1944 году Калужский епископ Василий посвятил его в настоятеля Благовещенского храма в Козельске, где он прослужил до 1948 года.

Затем он был определен в город Белев, потом – в Ефремов, затем – в Смоленск. Оттуда его направили в Гжатск, вверив под руководство достаточно бедный, слабо организованный, захудалый приход. К такому положени. отец Никон относился ровно, спокойно…

Надлежащую строгость проявлял отец Никон и в отношении богослужений. Служил он просто, без вычурности, этого же требовал и от других.
Боролся с практикой чрезмерно спешного чтения, за что на него обижались псаломщицы. Решительно выступал против формального отношения к Таинству Исповеди, утверждая, что Таинство Покаяния это не обряд «разрешения от грехов».

Отец Никон был строг к себе: ложился поздно, вставал рано. В свободное время молился, занимался физическим трудом, ухаживал за садом, много читал, занимался домашним хозяйством, старался всё делать сам.

В 1956 году отец Никон стал игуменом.

Никон Воробьев – кончина

Осипов А.И. на могиле игумена Никона Воробьева
Алексей Ильич Осипов на месте захоронения игумена Никона Воробьева

К концу 1962 года его здоровье серьезно ухудшилось: он всё больше и больше слабел, стал быстро утомляться. В этот период жизни его пищу составляло молоко и ягоды, иногда – белый хлеб.

За несколько дней до кончины он слёг в постель. А перед Успением Пресвятой Богородицы он исповедовал своих ближних. По воле Господа отец Никон неоднократно проявлял свою невероятную прозорливость, обладал предвидением. В частности, перед кончиной отец Никон попросил своих духовных чад прочесть ему выдержку из жизнеописания подвижника Амвросия Оптинского, где сообщалось о запахе тления, исшедшем от тела Амвросия после смерти. В тот момент эта просьба многим показалась непонятной. Позже же, ночью, читавшие Евангелие около гроба отца Никона ощутили жуткий запах тления от его гроба. Удивительно то, что ко времени отпевания покойника этот запах бесследно исчез. Умер отец Никон 7 сентября 1963 года.

Значительно полнее и интереснее об игумене Никоне Воробьеве, его святости расскажет А.И. Осипов, который был близко знаком с ним.

Записи по теме

2 Thoughts to “Игумен Никон Воробьев – святой наших дней?”

  1. Дмитрий

    Встретила я его там уже в период НЭПа, когда все в России пришло в сравнительно нормальный порядок. Летом 1923 года Ялта была вся отремонтирована, следы голода исчезли, переменился только состав населения — наверх выплыли nouveaux riches, образованные люди превратились в гувернанток, учителей. О. Сергий жил у себя, служил в Аутской церкви, помогал в хозяйстве своей семье: доил козу, рубил дрова. Однажды пришел в церковь с огромным синяком под глазом — во время дойки коза брыкнула. Ялту заливали толпы коммунистической молодежи, приезжавшие группами с севера: курносые, голубоглазые, белобрысые — совсем новый для нас тип. В церковь не ходили. Тем временем я нашла маленький скиток в горах над Гурзуфом в 17 км от Ялты, во главе стоял старец Софроний. К монастырю я всегда стремилась, посетила многие из них на севере: Зосимову пустынь, Оптину, Киево-Печерскую лавру, маленькие монастыри вокруг Гомеля. И тут, найдя монастырь, я стала реже видеть о. Сергия. Один раз мне очень захотелось познакомить его с о. Софронием, и мы вместе пошли в наш монастырек. По дороге о. Сергий говорил, что он совсем не знаком с монашеством, кроме Александро-Невской Лавры ни одного монастыря не видел — тем интереснее было познакомить его с этой стороной духовной жизни. Ему очень понравился о. Софроний — но видеться им больше не пришлось — о. Сергия опять вызвали в ГПУ в Симферополь вместе с другими священниками Ялты. Он вернулся дня через два: «Такие стали вежливые, даже стул предложили». Но одновременно сказали ему, что никаких обвинений предъявить ему не могут, но просят уехать из Ялты: «Вы слишком популярны, выберите себе любой город». О. Сергий, конечно, выбрал Москву и переехал туда, кажется, в 1925 году со своей семьей, получив приход в центре города на Арбате, в Спасо-Песковской церкви.

  2. Ольга

    Двух пожилых монахов и молодого послушника шестнадцати лет в нашем этапе привезли в Норильск и стали требовать их выхода на производство (у всех у них были 25-летние сроки «за подпольную антисоветскую организацию», «банду»), Монахи наотрез отказались, мотивируя тем, что выходить на государственную работу — значит «работать на диавола», а это — большой грех. Они согласны были исполнять в зоне лагеря самую тяжёлую и чёрную работу, но лишь бы не выходить на работу в Горстрой. Их много дней мучили в карцере, применяли самые жестокие пытки. Особенно усердствовал лагерный нарядчик по фамилии Ворона. Сильно пытали этого молоденького паренька. Ему, кроме других пыток, наливали под босые ноги хлорную известь и держали привязанным. Известь разъедала мясо до костей. Но он, невзирая ни на что, всё равно не соглашался выйти на работу. Тогда к нему запустили гомосексуалистов. Пять дней и пять ночей его мучили, а на шестой выволокли на вахту и хотели поставить в строй направляющихся на работу. Поставили рядом со мной.

Leave a Comment