Храм в селе Осиновка Гагинского районаПравославие 

История образования Осиновского прихода Сергачского уезда Нижегородской епархии

История приходов, важность задуманного

Задавшись мыслью, согласно цели учрежденной Нижегородской Епархиальной Церковно-Археологической Комиссии, изложить по возможности историю образования приходов в Нижегородской епархии, я на первый раз из тысячи приходов, имеющихся в данное время в составе Нижегородской епархии, берусь изложить историю прихода сравнительно молодого: ему только еще в 1892 году исполнится 25 лет существования, и оставляю до времени приходы, образовавшиеся в давнее время и во времена более отдаленные от времени возникновения Осиновского прихода. Так как история их не мыслима пока в пределах тех данных, по которым возможна и теперь история сравнительно недавних по времени образования приходов. Но и история таких сравнительно недавних по своему образованно приходов, каков, например, Осиновский, заслуживает теперь же внимания Нижегородской Епархиальной Церковно-Археологической Комиссии на том основании, что для Археологии, понимаемой в обширном смысле, ни что не ново: то, что совершилось в прошлом году — для Археологии уже былое и делается ее достоянием. Да оно так и должно быть. Жизнь в постоянном своем движении вперед с каждым днем, с каждым часом и далее минутой выдвигает на сцену все новое и новое, отодвигая таким образом на задний план далее и то, что было вчера, за неделю, месяц, год, десятки лет и так далее в глубь веков, так что даже для современников того или другого периода вечно движущейся жизни события и явления, имеющие за собой годы и десятки лет, становятся старыми, затемняются от новых наслоений, теряются, забываются, а многое что и совершенно изчезает из со временной памяти народной. Так, 30 лет не прошло еще со времени великой реформы освобождения крестьян Императором Александром II, но те, кто пожелал собрать по Нижегородской губернии сведения об этом важнейшем акте царствования Александра II, с одной стороны не досчитались многих участников в этой реформе, а с другой — пришлось ограничиться немногими мемуарами, — и это по такому важному и сравнительно недавнему акту и при том государственной жизни. А что сказать о более отдаленных событиях и при том не заурядных, а о событиях первой важности?
Прошлогоднее чествование 700-летия основателя Нижнего Новгорода св. Благоверного Великого Князя Георгия Всеволодовича воочию показало нам скудость сохранившихся сведений о таком человеке, которого вся жизнь для нас должна бы быть в мельчайших подробностях известной.
Или, приближается 300 – летие со времени подвига Минина и его Нижегородского ополчения, спасшего Русь от польщизны и папизма. Но где та мощная речь Минина, подвигшая народы на спасение Отечества и Церкви? Ее нет, нет и нет, как нет и многого другого, что воскресило бы перед нами Нижегородцев 1611—12 годов.
От великих событий перейдем к сравнительно меньшей важности. Вот перед нами 23-летний Осиновский приход. И что же мы видим: за эти годы он испытал на ce6е не один раз разрушительное действие огненной стихии, сгорала и святыня прихода, сердце и центр его -величественный храм, из которого не многое что спасено. Случись этот пожар десятками лет позже, и тогда могла погибнуть и всякая память, как то мы видим на древних приходах о начале образования прихода и его последующей (церковно-приходской) жизни за истреблением почти единственных свидетелей и показателей церковно-приходской жизни – церковных актов и документов. Поэтому мы торопливо должны предавать тиснению то, что пока имеется ценного о жизни того или другого прихода в единичных рукописных сказаниях, — и в том, между прочим, предположении, что тисненное примерно в 1000 экземпляров к будущей тысяче лет сохранится хотя в одном экземпляре для оттиснения с него потребного последующим векам, тем более, что и для приходов подобных Осиновскому настанет время глубокой старины, когда и они от нашего небрежения (современников) могут очутиться относительно своего начального прошлого в положении современных вам древних приходов Нижегородской епархии, не знающих своего начала образования.
На основании всех этих соображений мы и открываем смело страницы нашей истории приходов Нижегородской епархии с истории прихода Осиновского, хотя и недавнего по своему возникновению, но, как имеющего будущность, одинаково имеющего право на сказание о нем.

История Осиновского прихода

Село Осиновка отстоит от Нижнего Новгорода в 150 верстах, от своего уездного города Сергача в 50 верстах, от смежных с ним сел: к востоку — от Гуленок в 2 в., Моисеевки в 4 в., к югу — Сыченок в 6 в., к западу — Шарапова в 6 в. и к северу — Свербини в 4 верстах. Расположено село Осиновка по обе стороны врага, называемого „Вашкилей” и находится в 1/2 версты от большой дороги старого Нижегородско-Симбирского тракта.
Свое название село Осиновка получило от „Осиновой поляны”, которая находилась там, где теперь расположено село, и вокруг которой прежде рос большой густой лес. Время основания поселка Осиновки неизвестно, равно неизвестно и то, к какому племени принадлежали первые его поселенцы. Но судя по тому, что враг, находящийся среди села, носит и до сего времени мордовское название, можно предполагать, что первые насельники его были мордовского племени и самое название поселка было такое же, как и название (теперешнее) врага – „Вашкилей”.
В настоящее же время все жители села Осиновки чисто pyccкие и по исповеданию веры – православные. До 19 февраля 1861 года были крепостными разных помещиков: Трескиных, Нелидовых и Эюс, занимаются земледелием: обрабатывают земли не только свою (душевой надел), но и арендуемую у разных землевладельцев.
До 1867 года Осиновка была приходской деревней к селу Свербину и Осиповны, не смотря на физические препятствия в сообщениях с приходом, всегда и во всякое время были усердны к церкви Божьей. Это-то усердие к церкви Божьей и подвигло малое стадо Осиновцев (450 душ м. п.) среди своих жилищ устроить храм и образовать самостоятельный приход. Правда, не на эту благодатную черту, присущую им, каково усердие к храму Божию, указывали Осиновцы в их ходатайстве пред Епархиальным Начальством о желании построить у себя храм и разрешении образовать самостоятельный приход, а на естественные неудобства в сообщешях со Свербиным. Тем не менее основа лежала в этом именно их усердии, но о нем они из христианской скромности умолчали.
Неудобства же в сообщениях с приходским селом Свербиным состояли в следующем: четырехверстное расстояние между Осиновкой и Свербиным хотя и нельзя назвать дальним, но оно действительно становилось таковым в весеннее время, когда прямое сообщение со Свербиным прекращалось и Осиновцы для своих духовных потребностей отправлялись в Свербино чрез село Шарапово, и тогда один конец равнялся 10 верстам. Прямое сообщение прекращалось потому, что между Осиновкой и Свербиным находится три врага — Дурновский, Зогорихинский и Свербинский, через которые, кроме одного (на поле крестьян Осиновских) мостов и гатей не имеется, а Свербинский враг (дол) в весеннее время делается непроходимым ни пешему, ни конному.
Мысль отделиться от Свербина, построить свою церковь и образовать самостоятельный приход у Осиновцев созрела еще в сороковых годах: в 1844 году Осиновцам было уже разрешено Епархиальным Начальством построить свою церковь по утвержденному плану, но дело тогда остановилось потому, что помещики не согласились отвести для церкви из своих дач требуемое по закону количество земли, благодаря чему Осиновка по-прежнему осталась деревней, приходской к селу Свербину. Но время свободы было уже не далеко. 19 февраля 1861 года состоялось освобождение крестьян и Осиновцы, получив вместе со свободой надел, без стеснения могли приступить к выполнению своего желания — построить у себя храм и образовать самостоятельный приход.
Не прошло и шести лет со времени освобождения, и в Осиновке красовался уже (вчерне) величественный храм Богоматери (Введения). Не видя возможности в скором времени благоукрасить храм и внутри соответственно наружному величию его, но в тоже время сгорая желанием поскорее устроить у себя освященный храм, Осиновцы обратились к Епархиальному Начальству с просьбой о дозволении устроить им при созидаемом храме Введения придел во имя Живоначальной Троицы. Получив разрешение, Осиповны быстро принялись за дело, и в великой радости своей удостоились видеть к Октябрю 1869 года освящение придельного храма Живоначальной Троицы.
С построением и освящением храма дело образования Осиновского прихода близилось к концу. Дело оставалось только за назначением самостоятельного причта к Осиновской церкви и условиями его обеспечения, чтобы вполне сформировался приход.
Осиновцы собрались на сход и миром приговорили: в обеспечение причта положить с каждой приходской души (м. п.) по полмере ржи и по четверти меры овса. За состоявшимся приговором последовало назначение к Осиновской церкви священника и причетника.
Первым священником был назначен Венедикт Михайлов Лебедев, а первым причетником Василий Лилов. Церковным старостой избран Осиновский крестьянин Афанасий Иванов Зименков.
Так образовался и открылся Осиновский приход.
Между тем постепенно продолжал благоукрашаться величественный храм Введения и, получив как внутри, так и вне вполне благолепный, подобающий дому Божью вид, к общей радости Осиновцев Торжественно был освящен 16 Октября 1877 года. Но не привел Бог Осиновцам долго радоваться на величественный храм свой: Декабря 2 дня 1882 года он сгорел весь до основания по неосторожности причетника Алексея Троицкого.
4 Декабря собрались Осиновцы на сход и миром приговорили: просить батюшку-священника ехать в Нижний к Преосвященному (Maкaрию) и просить его Архипастырского благословения на постройку временной церкви. Владыка разрешил и благословил построить (пока) временную церковь. Осиновцы купили в селе Старом Иванцове за 200 рублей сенницу, да в г. Лукоянове прикупили несколько десятков бревен и тесу. Из этих материалов Осиновцы соорудили временную церковь, а алтарь был сделан из остатков сгоревшей церкви.
Дело постройки временной церкви шло так успешно, что 20 Февраля 1883 года состоялось освящение престола во имя Живоначальной Троицы.
Построив временную церковь, часть прихожан стали говорить, что довольно с них и этой временной церкви. Но священник Петр Остроумов, заступивший место Лебедева, и другая часть прихожан не оставляли мысли построить постоянную церковь на месте сгоревшей. В один из воскресных дней священник обратился к прихожанам со следующей речью:
„Предмет моей речи к вам, возлюбленные мои прихожане, будет особенный. Предмет этот многим покажется предметом большой важности, для других это будет предметом соблазна и претыкания. Для меня же собственно это такой предмет, выше которого и не может быть. Думаю, что многие из вас догадываются о чем именно будет моя речь. Да оно и не трудно догадаться, потому что по приходу слышны уже отголоски.
Скажу теперь вам прямо, не обинуясь: речь моя будет о постройке на месте сгоревшего нового храма.
Что, возлюбленные, на это скажете?
Не болит ли сердце ваше, не обливается ли оно кровью, когда вы проходите мимо того места, где был наш величественный храм и где теперь место запустения?
Думаю, что болит сердце у многих из вас. Думаю, многие от чистого сердца возрадовались бы, если бы Бог привел увидеть им на сем месте дом Божий. Но теперь, теперь-то горят ли ваши сердца к созиданию нового храма! Вижу по вашим лицам, что сердце ваше хотя и горит, но не вполне, а только на половину.
Ваша любовь к храму, ваше усердие к нему как бы двоятся. Вам и желалось бы видеть на прежнем месте новый храм, но вместе с тем вас пугает, страшит такое дело. Вы боитесь, опасаетесь приняться, сделать почин к сооружению нового храма. Не видя со стороны особенной помощи, вам думается, что своими силами, своими средствами невозможно приступить к постройке нового или вернее старого храма во имя Введения во храм Божьей Матери. Да, это верно, вы опасаетесь, сомневаетесь…
Как вообще людям, вам сомневаться естественно, но как православным христианам, верующим в Господа Бога, Который сказал: просите — и дастся вам, толцыте и отверзется, сомневаться вам едва ли свойственно. Где есть сомнение, там уже мало и веры, там, значит, мало и успеха во всех начинаниях. А для верующих, что всякому доброму начинанию, в особенности такому, как сооружение храма Божия, всегда будет помощь от Господа Бога, и для таких всегда бывает открыт такой клад, из которого сколько ни бери, никогда не бывает убыли. Что же это за клад, и где его найти?
Клад этот от нас недалеко. Это неисчерпаемое милосердие Божие и благостыня Царицы Небесной, нерушимой Покровительницы предположенного нового храма.
Имея за собою таких великих и неизменных помощников, можно ли иметь сомнение в успехе того дела, о котором у нас теперь идет речь?
Все это так, все это правда, подумает кто из вас, но будь на первый раз пособие со стороны, тогда бы легче и безопаснее приниматься за построение храма. Такому на это я скажу: кто знает, что у тебя на уме? Никто, крое тебя. Кто знает, кто видит, что мы заботимся о новом храме? Если мы не сделаем сами почина, справедливо ли ожидать посторонней помощи?
Нет, ты начни, покажи прежде свое усердие, положи свое посильное основание, и после этого уже жди помощи и со стороны. И мы веруем и надеемся — помощь будет.
Спокон веку ведется на св. Руси так, что храмы строятся не на готовые суммы, а больше всего на трудовые копейки, собранные по весям и градам Руси Православной. Что же, возлюбленные мои прихожане, чем мы покончим предложенный мною вопрос?
Предлагаю и прошу вас, после трапезы собраться к церкви и обсудить это дело всесторонне.
Теперь же помолимся Царице Небесной, в честь Которой будет престол в новом храме, дабы Она, принимая приносимую Ей от чистого сердца нашу молитву, соединила наши сердца воедино, чтобы все мы возгорали единой ревностью о сем святом деле.
Скажите Ей так:
Дево Владычица, Мати Господа Бога нашего! По неисповедимым судьбам Божьим мы лишились посвященного Твоему имени храма. Помоги теперь нам вновь соорудить во славу Твою новый храм. Верим и надеемся, что по Твоему великому дерзновению пред Твоим Сыном много можеши помощи нам беспомощным. Помоги же нам, Царица Небесная, своею неоскудеваемою милостью, да опять будем взывать и славословить Тебя в престольном Твоем храме сладчайшими песнями: Ангели вхождение Пречистыя зряще удивишася, како Дева вниде во Святая Святых”.

На сходе, собравшемся после трапезы близ церкви, большинство прихожан было за постройку нового храма, некоторые же говорили, что строить новый храм пока не нужно. Тогда священник предложил пройти по приходу с книгой, в которую и записывать кто что может пожертвовать на построение новой церкви. Тогда, прибавил он, видно будет как желание или нежелание прихожан строить церковь, так и сами средства на это дело. Предложение было принято. Из обхода по приходу с книгой оказалось, что желание строить новую церковь обще всем прихожанам, по записи жертвы — оказалось до 700 рублей, но многие не записались, а говорили: только начинайте с Богом — поддержим. Таким образом решено было приниматься за постройку новой церкви на месте сгоревшей. Заказан был план Архитектору А. К. Никитину, по которому и разрешено Епархиальным Начальством строить церковь. 26 Марта 1886 года Бог послал невидимую жертву из Нижнего Новгорода на построение церкви — 800 рублей от неизвестного. Храм созидается, но еще не свершон.
Да поможет им Бог узреть славу сего храма второго паче первого!
У восточной стороны алтаря строящейся Введенской церкви возвышается под крестом могильная насыпь. Это могила строителя первого Осиновского храма Назара Кузьмина.

Сообщ. Аполлоп Можаровский

Источник: Нижегородские епархиальные ведомости № 3 от 1 Февраля 1890 года

Записи по теме

вверх